НЕ ТОКСИЧНЫЙ ФЕМИНИЗМ, А НАСТОЯЩАЯ СИЛА: КАК НАУЧИТЬСЯ ВЕСТИ СЕБЯ ЭКОЛОГИЧНО ПО ОТНОШЕНИЮ К ДРУГИМ

Когда женщина говорит о силе, она почти всегда вынуждена что-то доказывать. Не потому что сила сомнительна, а потому что разговор о ней давно вышел за пределы личного и стал полем идеологической битвы.

Феминизм как движение рождался из очень конкретной боли: из невидимости, из запрета занимать определенные места, из права не иметь права. Но где-то между первой и четвертой волной что-то изменилось, и сегодня под флагом равенства нередко разворачивается совсем другой сюжет.

Психоаналитический психотерапевт, супервизор, директор клиентской поддержки сервиса Ясно Мария Игнатьева разбирается в феномене токсичного феминизма и дает советы по экологичной коммуникации с представителями любого пола.

Когда борьба становится зеркальным повторением того, с чем борется

Психологи говорят, что самый простой способ справиться с пережитым унижением — идентифицироваться с агрессором. Не переработать опыт, не интегрировать его, а занять место обидчика, только поменяв знаки местами.

Собственно именно это и происходит, когда феминизм превращается в свою токсичную копию, где женщина не освобождается от логики доминирования, а просто меняет в ней роли. Мужчина становится виноватым по умолчанию, слабость — его привилегией, а обязательства — односторонними.

Важно сразу оговориться, речь идет не о феминизме как таковом. Речь о конкретной психической позиции, которая может надевать любую идеологическую одежду. Токсичный феминизм — это совсем не политическое явление, а способ устроить отношения с собой и другими через постоянное сравнение, обвинение и иерархию.

Как выглядит эта позиция в жизни?

Узнать ее несложно, если знать, куда смотреть:

• Фразы в духе «ты же мужчина» как объяснение чужой обязанности. Равенство предполагает, что мужчина имеет столько же права быть усталым, растерянным или уязвимым, сколько женщина имеет права быть сильной и независимой. Пол в этом уравнении не является аргументом.
• Асимметрия в ожиданиях. Мужчина должен платить, провожать, содержать, а женщина при этом никому ничего не должна, и сама формулировка «что я должна» уже звучит как оскорбление. Здесь прячется не свобода, а инфантильная позиция, где одна из сторон хочет права без обязательств.
• Присвоение чужих успехов системе, а своих провалов обстоятельствам. «Он зарабатывает больше, потому что мужчина» — очень удобная конструкция, которая избавляет от необходимости смотреть на собственный выбор.

Все перечисленное объединяет одна черта: отказ от субъектности. Парадоксально, но человек, который громче всего говорит о своей силе, зачастую меньше всего ее проявляет, потому что сила предполагает ответственность, а не только требования.

Что стоит за этим психологически?

За токсичной версией любой идеологии почти всегда стоит нарциссическая рана. Не в клиническом смысле, а в очень человеческом. Это ощущение, что тебя не видели, не ценили, не признавали.

Когда это ощущение не осмыслено, оно ищет выход в компенсации. И вот тогда сила становится не внутренним состоянием, а способом произвести впечатление на воображаемого свидетеля прошлого.

Настоящая сила не нуждается в аудитории и не требует, чтобы кто-то рядом выглядел слабее. Она устроена иначе.

Как проявлять себя в здравом ключе?

Экологичная позиция по отношению к себе и другим строится на нескольких с одной стороны простых, но на самом деле непростых вещах.

• Говорить о себе от первого лица: «я сильная», «я ценю себя», «я выбираю», а не через сравнение с кем-то рядом.
• Отказаться от гендерных требований в обе стороны. Если женщине неприятно слышать «твое место на кухне», то мужчине так же неприятно слышать «ты обязан меня содержать». Логика здесь одна.
• Не путать самоуважение с конкуренцией. Соревнование с другим человеком означает постоянное нахождение в зависимости от него. Настоящая автономия выглядит как движение к себе, а не от кого-то.
• Уметь уйти без войны. Если кто-то рядом не разделяет вашу систему ценностей — это не повод переубеждать его силой. Несогласие не требует капитуляции ни с одной стороны.

Сила, которая нуждается в слабости другого, — очень хрупкая вещь. Она держится на чужой реакции и рассыпается, как только аудитория исчезает. Подлинная независимость — это когда вам не нужно никого побеждать, чтобы чувствовать себя собой.

Феминизм в его лучшем смысле говорит именно об этом: о праве каждого человека быть собой, не объясняя это своим полом. Токсичная же его версия, по иронии, воспроизводит ту самую логику, против которой выступает, логику доминирования, где всегда есть победитель и проигравший. Поэтому выйти из подобной логики и есть настоящая сила.